co2

    Нас не отпускают. Мы не отпускаем.      У всех у нас в жизни присутствует расходный материал, который должен использоваться по назначению и выбрасываться в мусорный бак. Пластиковые бутылки, например. Вы ведь никогда не думайте, куда они попадают после урны; какова их дальнейшая судьба. Будут они медленно гнить, или о них кто то позаботится - отправит на переработку, вам, мягко говоря, наплевать. Это ведь пластиковая бутылка. У нее нет чувств, души, сознания, ума, эмоций. А если нет эмоциональной привязанности, следовательно, нет и никаких претензий. Ну что же, хватит о бесчувственных пластиковых бутылках. Пусть они гниют медленно где-то там, подальше от нас с вами. Хотелось бы поговорить о ваших хобби. У каждого ведь есть хобби? Да ладно, даже у маньяка убийцы есть хобби - собирать клочок волос своих жертв, например. Хобби есть у всех. Это подчеркивает индивидуальность каждого. Мое хобби - собирать маленькие тотемы животных. Вообще говоря, тотемизм - эт...

    Ларри говорил, что после шести зависает в пабе. Было это два месяца назад, но его типаж всегда теряет чувство времени и пространства. Я к нему привык.      Достал сотовый телефон и нервно плюнул на коричневый снег. Поменял телефон, его номер забыл переписать. Есть два возможных варианта - запешочить домой или завязать глаза и искать Ларри в слепую. Хотя нет, нужно подумать. Как он там любит говорить? Не думай много, думай умно? Что-то типа этого. В какой паб он пошел бы? "Тартугу" он терпеть не может. В "Чикаго" его бывшая официанткой работает, поэтому туда ни-ни. Из "Wall-street" его выставили за недостойное поведение. В "Троль" с недавних пор пускают только с парами. Что у нас остается в сухом остатке? Всего 10-20 пабов, где можно его найти. 

Авторы: Тигран Гишян, Сюнэ Севада *** Говорят, люди, думающие о смерти, ничего не боятся. Говорят… Лично я не думаю об этом, потому что полон страхов и инстинктов. Боюсь неба, клоунов, того, что меня похоронят в гробу, а я буду все это осознавать. А она… Я помню этот день. Январь. Снег. Она поставила меня на подоконник. Я для нее просто игрушка. Игрушка, которая не может думать о смерти, но умеет рассуждать. Странно. В этот день я стал ее игрушкой. Игрушкой на подоконнике. Она была полной противоположностью меня. И не важно какова она. Я буду ее противоположностью в любом случае. Игрушкой, которая всегда знает больше, чем говорит. Точнее не говорит в принципе. Она много думала о смерти. Было много мрачных мыслей в этой прекрасной голове. Я смотрел на нее даже тогда, когда спал весь мир. Когда не было света. Я видел ее даже во тьме, потому что я ее просто чувствовал. Этой ночью она спала, приоткрывшись. Я любовался ее левым плечом. Я обожал эту сцену. Она лежала неподвижно, ...

    Каждому страннику нужна своя муза. Я сказал муза? Когда я думал об этом предложении, я думал вовсе не о музе. Я думал о спутнике. Не пойму только, почему я произнес вслух слово "муза"? Совпадение? Возможно мое подсознание именно это имело ввиду.          Впервые я ее увидел в тот самый год. Это было настоящим откровением. Она была настоящим откровением. Глотком кислорода в мои легкие, наполненные углекислым газом. Именно тогда я стал писать. Сначала для того, чтобы помнить, ну а потом, чтобы забыть. В том году я стал настоящим писателем.

- Что с тобой случилось? Кто выжег тебе глаз? - Никто. - Чего же тогда ты орешь? - спросили циклопы и удалились. (Одиссея. Эпизод с Циклопом)     Ничто нельзя охарактеризовать, потому что единственное доказательство его существования состоит в том, что его нет. Таким образом, у тебя есть стопроцентная гарантия уткнуться носом в глубочайшую тошнотворную легкость бытия. Я есть Никто и все творящееся внутри меня можно назвать одним словом - ничто.

    Тик-так, тик-так. Так уходит твоя жизнь. Уходит поминутно. Ты ведь осознаешь, что тебе уже не вернуть прошедшую секунду? Мгновение - оно всегда в прошлом.      Скорость света больше, чем скорость звука, поэтому наш мозг передает сигнал изображения позже, чем сигнал звука. Это процесс синхронизации, который работает так, чтобы мы имели контроль над ситуацией. На самом же деле мы живем в постоянном прошлом и постоянным прошлым. 

    Размягчился, стал сентиментальным? Ни черта подобного. Просто образ твоего исправленного правильного привкуса не выходит у меня из головы. Так тоже бывает. Наверное я был рожден, чтобы постоянно чему-то учиться. От тебя мне нечего брать. В крайнем случае, я могу лишь восхищаться размерами твоей моральной клетки, которая куда больше моей клетки. В твоей больше места для маневров.