Была у меня мысль написать эту статью, вооружившись серьезностью и долей опаски, но к сожалению 2 литра пива, выпитые мной пол часа назад, подталкивают к абсолютно противоположным действиям. И несмотря на то, что алкоголь действует на меня быстро(простым языком я не умею пить), я попытаюсь войти в то безумное состояние, в котором находятся мои сегодняшние герои. Зажигай!
— Я пошел отсюда. Вы все совсем не крутые.
— Я тоже пойду. Я... я должен проверить свои пчелиные улья.
— Ребята, вы куда без меня? Я тоже с вами.
Четвертый молча встает и следует за остальными. Мне самой уже нужно пойти к психологу. Я на пределе. Когда закончится этот чертов сеанс психотерапии.
— Садитесь все! — не сдерживаюсь я наконец.
Это кажется действует на всех одинаково, потому что они садятся на место один за другим. Пчеловод садится и начинает поговаривать себе под нос:
— Лично мне нравятся его считалки, — смеется тот, который в полосатой майке.
— Ой мамочки, и мне тоже! — добавляет тот, который в розовых шортах.
— Ладно, — сдаюсь я, — мы с вами посчитаем, я обещаю. Только в самом конце сеанса. Хотя вы все очень популярны и знайте друг друга, я все же хочу дать вам псевдонимы.
Я остонавливаюсь. Все в знак согласия кивают головой.
— Ты будешь у нас мистр крутой.
— Это очень круто, спасибо.
— Ты будешь мистер коричневый.
— Но почему мистер коричневый? Я очень люблю мед. У меня есть улья...
Боже, он опять начнет считать!
— Ладно, так и быть. Ты будешь мистр сладкий.
— Как мед?
— Как мед.
Мистр сладкий довольно улыбается.
— Ты будешь мистр розовый. — говорю я третьему.
Мистр розовый неуверенно соглашается.
— И наконец ты, — говорю я тому, кто с самого начала сеанса не сказал не единого слова. — Ты будешь мистр молчун.
Мистр Молчун ничего не отвечает.
— Итак зачем мы здесь? — приступаю я к разговору. — может ответите вы, мистр сладкий?
Мистр сладкий суетится, после чего говорит неуверенным тоном.
— Может все потому что я был плохим тучей. Я не смог убедить пчел, что я не хочу причинить им вреда.
— Что ты скажешь, мистр крутой?
Мистр Крутой встает на стул и начинает прыгать.
— Я очень веселый, — смеется он, — это почти всегда нервирует!
— Мистр розовый?
— Ой мамочки, я не знаю. Но клянусь, что это не я опрокинул вазу совы.
Мистр розовый не выдерживает и начинает грызть себе ногти.
— Твоя очередь мистр молчун.
Мистр молчун лишь приподнимает плечи в ответ.
— Ладно, — говорю я, — начнем с тебя, мистр молчун. Какой пример ты подаешь детям? Группа психологов выявила у тебя синдром аутизма. Ты говоришь только с животными. С животными... ты понимаешь насколько это серьезно?
Мистр молчун все еще ничего не говорит.
— Теперь ты, мистр крутой. Слезай со стула пожалуйста... так намного лучше. Ты слишком агрессивны мистр крутой!
— О, спасибо! — восклицает мистр крутой с легкой шепелявостью.
— Это, к стати не комплимент. Ты рушишь все, что видите. Вот недавно Ты разбил ту самую вазу совы.
Раздосадованный тем, что его открыли, Тигра садится на стул и скрещивает лапы.
— Твоя очередь, мистр розовый. У тебя выявлено генерализированное тревожное расстройство! Ты нуждаешься в медикаментозном лечении, как, в прочем и вы все.
Пяточок опускает голову со стыда.
— А теперь о самом главном персонаже - о тебе, мистр сладкий. У тебя синдром гиперактивности и дефицита внимания. И это не все мистр сладкий. Мы подозреваем, что у тебя также синдром Туретта. Иначе как объяснить то, что ни с того ни с сего ты можешь начать поговаривать себе под нос эти считалки? Можешь не отвечать, это риторический вопрос.
Я перевожу дыхание.
— Кстати, где ослик Иа?
— Он в депрессии. Заперся у себя дома, — отвечает за всех Пух.
— Ну да, конечно, — говорю я. — Ребята... у вас у всех большие проблемы. Пух, Тигра, Пяточок, Кристофер Робин... у вас психические расстройства. Вы уверены, что можете подавать хороший пример детям, которые смотрят ваш мультик. Ну, или читают сказку о вас?
Кристофер Робин поднимает руку. За все время психотерапии, ему есть что сказать.
— Да, Крис?
— Что же, вы не обязаны читать вашим детям сказки о нас. И у вас есть полнейшее правно запрещать им смотреть им наши мультики. Но в этом случае вы должны запретить своему ребенку смотреть телевизор вообще, так как в нем столько говна. Я не говорю уже про интернет, в котором столько мусора, что иголку в стоге сена, будет легче найти, чем положительные стороны мировой сети. Что же, запретите вашему ребенку все это. Но запретите ему и давать своим игрушкам имена, потому что есть шанс, что ваш ребенок станет замкнутым и начнет разговаривать не со зверьми, а с игрушками! Запретите своему ребенку играть на улице, потому что возможно он сломает себе руку или ногу. Или, может быть он попадет в плохое окружение.
Кристофер Робин поднимается.
— Мы лучшее, что есть у этого поколения. И мы подаем прекрасный пример.
— Я пошел отсюда. Вы все совсем не крутые.
— Я тоже пойду. Я... я должен проверить свои пчелиные улья.
— Ребята, вы куда без меня? Я тоже с вами.
Четвертый молча встает и следует за остальными. Мне самой уже нужно пойти к психологу. Я на пределе. Когда закончится этот чертов сеанс психотерапии.
— Садитесь все! — не сдерживаюсь я наконец.
Это кажется действует на всех одинаково, потому что они садятся на место один за другим. Пчеловод садится и начинает поговаривать себе под нос:
"Я решил вас посчитать,
Раз, два, три, четыре, пять.
Но дошел лишь до шести,
Я запутался, увы!
Мне пришлось считать сначала:
Раз, два, три... ах цифр мало. "— Вин, прошу вас. Вы опять бормочите себе под нос. А это может нервировать некоторых участников нашей коллективной терапии.
— Лично мне нравятся его считалки, — смеется тот, который в полосатой майке.
— Ой мамочки, и мне тоже! — добавляет тот, который в розовых шортах.
— Ладно, — сдаюсь я, — мы с вами посчитаем, я обещаю. Только в самом конце сеанса. Хотя вы все очень популярны и знайте друг друга, я все же хочу дать вам псевдонимы.
Я остонавливаюсь. Все в знак согласия кивают головой.
— Ты будешь у нас мистр крутой.
— Это очень круто, спасибо.
— Ты будешь мистер коричневый.
— Но почему мистер коричневый? Я очень люблю мед. У меня есть улья...
Боже, он опять начнет считать!
— Ладно, так и быть. Ты будешь мистр сладкий.
— Как мед?
— Как мед.
Мистр сладкий довольно улыбается.
— Ты будешь мистр розовый. — говорю я третьему.
Мистр розовый неуверенно соглашается.
— И наконец ты, — говорю я тому, кто с самого начала сеанса не сказал не единого слова. — Ты будешь мистр молчун.
Мистр Молчун ничего не отвечает.
— Итак зачем мы здесь? — приступаю я к разговору. — может ответите вы, мистр сладкий?
Мистр сладкий суетится, после чего говорит неуверенным тоном.
— Может все потому что я был плохим тучей. Я не смог убедить пчел, что я не хочу причинить им вреда.
— Что ты скажешь, мистр крутой?
Мистр Крутой встает на стул и начинает прыгать.
— Я очень веселый, — смеется он, — это почти всегда нервирует!
— Мистр розовый?
— Ой мамочки, я не знаю. Но клянусь, что это не я опрокинул вазу совы.
Мистр розовый не выдерживает и начинает грызть себе ногти.
— Твоя очередь мистр молчун.
Мистр молчун лишь приподнимает плечи в ответ.
— Ладно, — говорю я, — начнем с тебя, мистр молчун. Какой пример ты подаешь детям? Группа психологов выявила у тебя синдром аутизма. Ты говоришь только с животными. С животными... ты понимаешь насколько это серьезно?
Мистр молчун все еще ничего не говорит.
— Теперь ты, мистр крутой. Слезай со стула пожалуйста... так намного лучше. Ты слишком агрессивны мистр крутой!
— О, спасибо! — восклицает мистр крутой с легкой шепелявостью.
— Это, к стати не комплимент. Ты рушишь все, что видите. Вот недавно Ты разбил ту самую вазу совы.
Раздосадованный тем, что его открыли, Тигра садится на стул и скрещивает лапы.
— Твоя очередь, мистр розовый. У тебя выявлено генерализированное тревожное расстройство! Ты нуждаешься в медикаментозном лечении, как, в прочем и вы все.
Пяточок опускает голову со стыда.
— А теперь о самом главном персонаже - о тебе, мистр сладкий. У тебя синдром гиперактивности и дефицита внимания. И это не все мистр сладкий. Мы подозреваем, что у тебя также синдром Туретта. Иначе как объяснить то, что ни с того ни с сего ты можешь начать поговаривать себе под нос эти считалки? Можешь не отвечать, это риторический вопрос.
Я перевожу дыхание.
— Кстати, где ослик Иа?
— Он в депрессии. Заперся у себя дома, — отвечает за всех Пух.
— Ну да, конечно, — говорю я. — Ребята... у вас у всех большие проблемы. Пух, Тигра, Пяточок, Кристофер Робин... у вас психические расстройства. Вы уверены, что можете подавать хороший пример детям, которые смотрят ваш мультик. Ну, или читают сказку о вас?
Кристофер Робин поднимает руку. За все время психотерапии, ему есть что сказать.
— Да, Крис?
— Что же, вы не обязаны читать вашим детям сказки о нас. И у вас есть полнейшее правно запрещать им смотреть им наши мультики. Но в этом случае вы должны запретить своему ребенку смотреть телевизор вообще, так как в нем столько говна. Я не говорю уже про интернет, в котором столько мусора, что иголку в стоге сена, будет легче найти, чем положительные стороны мировой сети. Что же, запретите вашему ребенку все это. Но запретите ему и давать своим игрушкам имена, потому что есть шанс, что ваш ребенок станет замкнутым и начнет разговаривать не со зверьми, а с игрушками! Запретите своему ребенку играть на улице, потому что возможно он сломает себе руку или ногу. Или, может быть он попадет в плохое окружение.
Кристофер Робин поднимается.
— Мы лучшее, что есть у этого поколения. И мы подаем прекрасный пример.
Комментарии
Отправить комментарий